Кокорин Валерий Михайлович

Заместитель председателя ОД «Новый город», генеральный директор строительной компании «АСК», депутат Законодательного Собрания Омской области

Кокорин Валерий Михайлович


Валерий Михайлович Кокорин родился 10 августа 1949 года в селе Нагорно-Ивановка Тарского района Омской области. Отец, Михаил Гаврилович, работал учителем в средней школе; мать, Елена Эдуардовна, — медсестрой.

Закончив в 1967 году ГПТУ № 54, В.М. Кокорин работал токарем в Машиностроительном конструкторском бюро и в Управлении механизации треста Сибнефтехиммонтаж. Затем армия, комсомольская работа, институт (заочно).

В 1981 году Валерий Михайлович назначен директором технического училища № 56. В декабре 1984 года перешел в УПТК объединения «Облколхозстрой» на должность главного инженера, а в апреле 1987-го возглавил УПТК.

В 1994 году В.М. Кокорин стал генеральным директором компании «Агропром-стройкомплект» с коллективом в 80 человек. И за эти годы превратил ее в одно из крупнейших строительных предприятий. Сегодня в системе предприятий АСК работает около трех тысяч человек.

Валерий Михайлович удостоен званий «Почетный строитель России», «Заслуженный строитель Омской области», награжден знаком «Строительная слава». В течение многих лет он является президентом Омского отделения Международной Ассоциации по борьбе с наркотиками и наркоманией. А 11 марта 2007 года избран депутатом Законодательного собрания Омской области.



 

Детали биографии

Это сейчас он состоялся, сбылся, сейчас в Омске (да и не только) его знают. Один из лидеров общественного движения «НОВЫЙ ГОРОД», президент компании... Хотя нет, не президент, он предпочитает слово из той поры — директор. Он вообще не любит модных словечек, въевшихся в язык в последние времена. У него самого слова — четкие, весомые какие-то, не пустые, хотя и негромкие.

Начало труда

...Первое осознанное воспоминание о себе Кокорин относит к 1955 году, когда он шестилетним мальчишкой в деревне Орловка Тарского района верхом на лошади возил копны сена. С пяти утра и до последнего света. И главной его мечтой тогда было — «уйти на вилы», к мужикам, что «рыхлили» сено на земле. Потому что за 18-20 часов верхом та часть его тела, что соприкасалась с лошадиной спиной, покрывалась струпьями. Кровавыми.

И вершиной карьеры маленький Валера видел копнящего — того, кто стоял поверх стога и формировал его, укладывал ловко и грамотно — чтобы ветер не разметал, чтобы под собственной тяжестью, перекосившись, не рухнул. А ему бы все закидывали и закидывали вилами лохмотья сена — с разных сторон.

Собственно, мечта его сбылась. В каком-то смысле. Правда, стог, на который он забрался, повыше будет.

О дружбе

Можно ли считать удачным началом карьеры поступление в профтехучилище при Кислородном заводе? Почему же нет? Только короли начинают с принцев. А у тех, что попроще, путь длинный.

Сам Кокорин называет то время счастливым. «Это были годы роста, образования, мужания, когда приходило понимание жизни». И это — несмотря на то, что приходилось из дома, из деревни, куда он, наскучавшись за неделю по близким, старался вырваться хотя бы на выходные, привозить сетки с продуктами. В незнакомом тогда еще городе ему было неуютно и временами — голодно.

Впрочем, неуют скоро скрасился дружбой. В самой замечательной ее поре — зарождения. Сам Кокорин считает, что после сорока новые друзья не появляются, только товарищи. А настоящие, «молочные» друзья — из той ПТУ-шной комсомольской юности. И по сю пору.

С дружбы можно было бы начать — потому что первое, что я увидел в кабинете Валерия Михайловича, — большая, в полстены картина у него за спиной, на которой изображен один из отстроенных им объектов — часовня в память об Иване Багнюке, погибшем на излете девяностых. Я не знал, что они с Кокориным дружили. Не знал, насколько боль утраты друга еще жива. И поэтому спросил — почему часовне оказано такое предпочтение. И Валерий Михайлович ответил. Рассказал, сразу защемившись, будто сердце закололо, и тихо-тихо — про то, как искал место для часовни, как услышал в тогдашнем муниципалитете: «А кто он такой, твой Багнюк? Пивовар? Ну так и ставь часовню эвон-та, у пивзавода».

Но Кокорин победил, и часовня стоит там, где стоит — да, у пивзавода, но старого, в самом центре города и... под моими окнами. Прямо сейчас я смотрю, как ее купола укутывает вечерний снег. И... часовня радует! Несмотря на столь траурный повод своего возникновения. Радует какой-то совершенной, чистой красотой.

...А Валерий Михайлович оглядывается, словно ищет кого-то: «За последние годы трое уже ушли... И как будто целый сектор из жизни вырезан — не восстановишь».

Энтузиазм веры

Но вернемся в счастливое вчера. После профтехучилища и армии карьера возмужавшего, как будто набравшего энергии Валерия Кокорина развивается стремительно. К тридцати годам недавний токарь и комсомольский секретарь треста «Сибнефтехиммонтаж» становится первым секретарем райкома ВЛКСМ Советского района. На фотографиях тех лет он — еще очень молодой — всегда так цепко и точно смотрит вперед, как будто цель для него яснее белого дня и путь до нее очень близок. А энергии хватит с таким запасом, что побеги он — и Земля раскрутится под ногами. Откуда это? Из каких источников питалось?

Энтузиазм молодости и вера. Подлинная вера, не напускная — у Кокорина по-другому не бывает. «Мы ведь действительно верили во все те идеи, — говорит он сегодня, — истово верили, по-честному. И стремились все воплотить». Запасов той — так и не растраченной — энергии ему, кажется, хватило до сих пор. Как остатки высококалорийного топлива, они подпитывают его жизнь и сегодня.

Валерий Михайлович до сих пор глубоко переживает распад Союза, это бездарное и нелепое в своей моментальности расчленение великой державы. То есть испытывает чувства, свойственные если не всем, то большинству из тех, кто эту (или все же уже безвозвратно — ту?) страну застал.

Комсомол — помимо радости устремлений и достижений — нес и первую серьезную усталость. В первую очередь — от бессчетных соприкосновений (или работы) с людьми. Кокорин ведь, как в один голос говорят его друзья, из тех, кто всегда знает, куда идти. Из тех, кто принимает решения и уж после не сворачивает. А такие-то как раз и встречают сопротивление, причем чаще всего — сильнейшее. Но он, видимо, рано выработал свою «стратегию преодоления возражений»: «А я если убежден в чем-то, то просто иду. Иду и делаю. Само собой, визг, крики на это дело. Но кто-то иной раз и признается, что зря кричал, сдается, кто-то — нет». И так — до сих пор. Редкое решение (свершение) Кокорина-строителя обходится без, так скажем, общественных обсуждений. Он слушает. Слушает и строит. Одно другому не мешает. Только вот усталость все четче заметна — пока еще в самых уголках начинающихся морщин. Может быть, поэтому он все более и более сосредотачивается на работе — чтобы больше успеть?

Дорога к дому

Но тогда, более 30 лет назад, Валерий Кокорин все же вряд ли принадлежал комсомолу без остатка. Он просто не мог. Да и права не имел. Потому что встретил девушку, которая скоро стала его женой — единственной. У них родилась дочь, потом — сын. И глава молодой семьи, несмотря на свой статус комсомольского вожака, не считал зазорным ради обеспечения возросших потребностей семьи добывать средства столь знакомым молодежи 70-80-х способом — «калымом». С друзьями по ночам красили котельную, цеха, ремонтировали крыши и стелили полы в коровнике. Когда обшивали клуб полированными ДСП, Кокорин заболел, но с температурой +39, не подавая виду, наравне со всеми крутил шурупы. И наверняка не считал это жертвой.

Семья — и созданная им самим, и та, в которой он вырос, для Валерия Михайловича — это что-то сакральное. Может быть, внезапно для многих, но наверняка — не для самого себя, он уже после смерти отца выбрался в Нагорно-Ивановку — деревеньку, в которой родился и из которой родители увезли его полугодовалым крохой. Отыскал в архивах записи о всех своих предках до шестого колена, нашел почти все их могилы и — хотя бы раз в год — навещает.

Нашел он и родительский дом. Нашел, и не смог устоять — выкупил у теперешнего хозяина ворота вместе со столбами. Вернее, выменял — поставил тому взамен не только новые ворота, но и ограду. А родительские привез к своему дому. Который, кстати, строил целых 12 лет, всякий раз снимая бригады для завершения очередной знаковой стройки. И оборачивая в долгострой «возведение» своего дома.

Как стать строителем

Мы подошли к тому, о чем, может быть, и не стоит отдельно рассказывать. Ведь первая ассоциация, выскакивающая при упоминании фамилии Кокорина, — строитель. Вы не знаете, что построила возглавляемая им компания «АСК»? Неужели? Лютеранская кирха и Христорождественский собор, цветомузыкальный фонтан на площади у Музтеатра и Северный драматический театр на малой родине — в Таре, уникальные для своего времени первый за Уралом магазин-склад «Немецкий поселок» и ТЦ «Континент», возрожденные из недостроев советских времен ТЦ «Каскад» и культурный центр «Атриум-кино»... Список можно длить и длить, и едва ли не каждый объект — из тех, что формируют лицо города, его фасад.

И это при том, что Кокорин — нет, даже не стал, а только начал становиться строителем к концу восьмидесятых, когда он, оставив комсомол и уже успев поруководить училищем, что готовило кадры для нефтезавода, неожиданно был назначен главным инженером одного из подразделений «Облколхозстроя». Это как смена реальности посреди жизненного пути. Сам он называет ту пору наиболее тяжелой. Ведь, пожалуй, все, что он мог взять в новую жизнь из прошлого — это искусство общения с людьми. Ну и себя.

Как он узнал позднее, непосредственные руководители то ли шутя, то ли всерьез пообещали: ну, этого-то мы в месяц съедим — и выплюнем. Шутили или нет, но в исполнение привести пытались — на полном серьезе. Не вышло. Вышло по-другому. Гораздо позже, когда страну уже затрясла перестройка, рабочий коллектив именно Кокорина избрал своим руководителем, тем самым определив судьбу — и свою, и его.

Это было в 1994-м. Их было 80 человек. Они строили коровники и клубы в деревнях. Теперь в преобразованной компании «АСК» — трехтысячный коллектив. И строят они деловые и торгово-развлекательные центры, жилищные комплексы, реконструируют памятники истории, возводят храмы.

Храмы его жизни

Храмы — отдельная история (если не жизнь) Валерия Михайловича. И стоит того, чтобы описать ее отдельно и подробно. Впрочем, она наверняка уже записана — где-то на небесах. Там, куда устремляются своими крестами купола, — наверное, любимые детища Кокорина, технологию создания которых он со своими инженерами довел до совершенства. Теперь они настолько легки, что стань еще легче — и точно взлетят. Вряд ли кто поверит, что всем известный купол Успенского собора весит всего 12 тонн — вчетверо меньше, чем при проектных расчетах. Так что не случайно Губернатор Омской области Леонид Полежаев именно компании «АСК» доверил «увенчать» восстановленный собор.

С культовых сооружений, собственно говоря, начинался Кокорин-строитель. Первым его значимым объектом стала лютеранская кирха на набережной возле Ленинского рынка. Кстати сказать, тендер на ее возведение компания «АСК» выиграла не у кого-нибудь — у самих немцев! Буквально щелкнув по носу строительного монстра, известного к тому времени и стройками века для арабских шейхов, и реконструкцией российского Белого дома.

Затем — Христорождественский собор на Левобережье, часовня Иоанна Крестителя на Красном пути, реконструкция Тарской церкви... И, как — не финальная точка, нет — как восклицательный знак — храмовый комплекс в Ханты-Мансийске, именно в этом — комплексности своей — сопоставимый с Храмом Христа-Спасителя в Москве. В нем, помимо собственно самого собора, колокольни и часовни, — школа, крестильный храм, а в горе, на которой воздвигнут комплекс, вырублен зал для христианских собраний и обрядов. Сам Кокорин признает, что честь возвести такой храм на земле — это удача, выпадающая раз в жизни. И то не всем.

Удача, что уж спорить. Но когда снисходит такая — тут не без промысла.

Дать людям жилье

Но пусть Ханты-Мансийский храм — неоспоримая вершина, все же и после такого свершения позволено мечтать.

И Кокорин мечтает. Он очень хочет построить какую-нибудь необычайную... школу. Или прекрасный детский сад. Потому что, сетует, жизнь-то идет вперед, люди меняются, дети теперь совсем другие (они уже рождаются другими), а вот окружающая их реальность, те же детсады и школы, — в большинстве своем все из прошлых — серых — времен. И не радуют.

Поэтому компания «АСК» все более мощно включается в программы строительства доступного жилья. Но и здесь — как всегда — ратуя за новые технологии. Кокорин — за легкие конструкции из пенобетона, во много раз лучше сберегающие тепло по сравнению с привычным бетоном и кирпичом, что для Сибири — едва ли не самое важное. Люди должны жить лучше — это его кредо.

И здесь отдельная тема — обманутые дольщики. Проблему, от которой трясло всю Россию, в Омской области удалось сгладить. Во многом — благодаря губернатору, который инициировал региональный закон «О дольщиках». В его разработке активно участвовал и Валерий Кокорин — тогда депутат Законодательного собрания. Но еще более активно — претворял его в жизнь уже как строитель. Наиболее проблемными считались дома по ул. Малиновского. Ни одна строительная компания не бралась их достраивать: почти на нулевом цикле, и свести концы с концами казалось невозможным. Ну кто же?! — никто так и не решился. Только Кокорин согласился взять на себя один дом. «Там ведь люди уже голодали», — говорит он теперь, как будто оправдываясь. И — день за днем — «АСК» возвела все пять было уже «похороненных» домов, дав людям жилье и вернув надежду.

15 лет без отпуска

Для того и работает. Для того и живет. Кокорин, кстати, не делает никакого различия между этими понятиями. На вопрос, удается ли ему отдыхать, вспоминает, как в молодости с друзьями любили путешествовать по Иртышу — на моторных лодках за 11 часов без остановок добирались до Тары. А после на катере, достроенном своими силами, — аж до Ханты-Мансийска. Теперь встречи гораздо более редки — удается собраться только в день рождения комсомола и на открытие охоты.

Ну а главным увлечением остается работа. В ответ на просьбу назвать что-то вместо нее Валерий Михайлович долго и мучительно морщит лоб и наконец выдавливает с облегчением: «Вообще-то я очень люблю на пляже полежать». Только вот когда ему это удавалось в последний раз — так и не вспомнил, потому что с 1986 года об отпуске только мечтает. Помощники выручили — после сопоставления дат и сроков сдачи разных объектов вычислили, что году в 1998-м им удалось-таки вывезти часть коллектива в Арабские Эмираты. На три дня. На семинар. Но солнце, море и песок — видели, помнят.

Так они и мерят все — работой. И Кокорин, и вслед за ним — так удачно подобравшаяся под него команда. Потому что в работу свою влюблены, ведь она же — помните? — и есть жизнь. А жизнь — ну разве можно ее не любить?

Максим Кемеров

 

Омское региональное общественное движение «Новый город»

644103, Омск,
ул. Авиационная, 144


тел.: 379-359

  

© 2016
Все права защищены.